А.Б.Чубайс: Мы хотели сегодня поделиться с вами информацией о том, в чем суть сегодняшнего состояния в энергетике страны, в чем суть проблем, с которыми она сталкивается и какова базовая стратегия ее развития на обозримое будущее. Мы назвали презентацию в полемическом ключе: "Энергетика – тормоз или локомотив развития экономики?". И хотелось бы именно с этой точки зайти в нашу проблематику и рассказать вам о тех решениях, которые выработаны и были приняты нами буквально вчера.

Энергетика оказалась именно сейчас в очень специфическом положении, когда экономика предъявляет энергетике новый колоссальный спрос. И масштаб этого спроса таков, что энергетика оказывается перед развилкой. Либо она будет в состоянии отреагировать на спрос – и если это произойдет, тогда и в самой энергетике должны произойти глубинные масштабные изменения (как результат – и в экономике в целом). Либо этого не произойдет, и энергетика на наших глазах превратится в масштабный мощный тормоз развития экономики.

Честно говоря, наша ситуация не то чтобы уникальна. В похожем положении находится сегодня целый ряд инфраструктурных отраслей экономики нашей страны – начиная с традиционных классических естественных монополий и кончая автомобильными дорогами в городах, на которых все мы с вами застреваем сейчас, в том числе и сегодня утром.

Экономика предъявляет новый колоссальный спрос. Если отрасль способна на него отреагировать адекватно, способна на этот рыночный сигнал дать адекватный рыночный ответ, то проблема снимается, вообще сама экономика получает мощный импульс. Если нет – значит, будем всю оставшуюся жизнь стоять в пробках. Это в случае с дорогами, а в случае с энергетиками – будем жить в темноте, что еще более драматично. Отталкиваясь от этой простой логики, я хотел бы всю сегодняшнюю презентацию условно разделить на три части.

Во-первых, мне хотелось описать спрос, который экономика предъявляет энергетике. Теперь, наконец, мы его ясно понимаем, и не только ретроспективно: мы готовы дать точные цифры о том, что с ним будет происходить в будущем, он теперь определен, детерминирован. Вторая часть разговора – что энергетика сделает в ответ на этот спрос, как именно она будет преобразовываться и развиваться для того, чтобы мы не оказались в темноте. Наконец, третья часть разговора: что нужно будет в этом случае уже энергетике от экономики (а здесь, как мы видим, речь идет об очень масштабных явлениях, которые, как мне представляется, пока еще совершенно не оценены аналитическим сообществом).

Итак, начнем со спроса, который экономика предъявляет к энергетике.

Эта картинка показывает, что мы полностью прошли яму падения спроса на электроэнергию. В 2006 году мы превысили уровень электропотребления в стране 1992 года и стремительно приближаемся к историческому максимуму, к максимуму 1990 года, который будет преодолен если не в этом году, то в следующем. Хочу обратить ваше внимание на очень важный нюанс, к которому мы будем возвращаться дальше. Среднегодовой темп роста электропотребления в стране за 2000-2005 годы составлял 1,7%, а темп роста за 2006 год – 4,2%. Разница в 2,5 раза – очень значимая вещь, которая сильно влияет на все принимаемые нами решения.

Региональный срез этой динамики выглядит гораздо более драматично. В стране уже более десятка регионов, в которых электропотребление существенно превысило советский максимум – начиная от Удмуртии (2% превышения) и кончая Дагестаном (60%). Это обстоятельство делает проблему еще более острой и диктует необходимость максимально быстрых решений. Это ретроспектива. Теперь о том, что будет дальше.

Совсем недавно правительство России утвердило базовый сценарий развития электроэнергетики, основываясь на динамике электропотребления. Эта динамика – с 984 млрд. кВтч в 2006 г. до 1 трлн 198 млрд кВтч. в 2010 г. – официально утверждена. Отталкиваясь от нее, мы вырабатываем всю нашу стратегию развития энергетики.

Среднегодовый темп роста электропотребления составляет 5%. Ничего невероятного и катастрофического в этом нет – у нас многие отрасли растут на 5% – тем не менее, в энергетике это абсолютно беспрецедентная картина в силу двух важнейших особенностей. Особенность № 1: в предшествующие 5 лет энергетика росла по объему выработки электроэнергии с существующими мощностями. Были, конечно, новые вводы, но объем их был предельно незначительным. По сути дела это означало, что весь предыдущий рост потребления электроэнергетика удовлетворяла за счет повышения коэффициента использования основных мощностей. Это в принципе нормальный и естественный шаг, но он завершен. В силу технологических особенностей энергетики дальше так расти невозможно. Упрощенно говоря, для того, чтобы удовлетворять потребность в каждом новом киловатт-часе электроэнергии, сейчас придется строить новый киловатт. Это абсолютно новое явление, которое само по себе радикально изменяет характер процессов, которые мы обязаны выстроить и реализовать в энергетике. На это явление накладывается сверху еще и второе, усугубляющее его. Сама динамика спроса радикально изменилась – с прироста в 1,5%-1,7% до прошлогодних 4,2%. Именно исходя из этого в базовый сценарий правительством заложена цифра среднегодового темпа роста в 5%.

Соединение этих двух тенденций означает: нам нужно не просто обеспечить новые вводы мощностей, а обеспечить их в абсолютно уникальном масштабе. Многие из вас знают о том, что в прошлом году мы впервые разработали пятилетнюю программу и называли цифру ввода мощностей около 23 000 МВт. Сегодня, отталкиваясь от утвержденного прогноза спроса, мы вынуждены были полностью ее пересмотреть. Вместо программы ввода в 23 000 МВт вчера мною утверждена программа вводов размером 40 900 МВт. Для понимания масштаба цифр – справка:

за последние 15 лет страна ввела около 23 000 МВт. За предстоящие 4-5 лет предстоит ввести 41 000 МВт. Исторический максимум советских вводов пришелся на 1985-й год – 8 900 МВт. Как вы чуть позже увидите, чтобы выполнить поставленную задачу, мы должны будем эту цифру радикально превзойти. И выйти на совсем другие параметры, другие уровни.

Возникает простой вопрос: а возможно ли это? С дорогами не получается, пробки, похоже, навечно… Может, и в энергетике также – будем отключать, посидим в темноте, поэкономим? Нет, наш ответ другой. Решение этой задачи возможно, такую конструкцию можно построить.

Можно построить, во-первых, потому, что речь идет о реальном платежеспособном спросе. Это не придуманные цифры потребности народного хозяйства, утвержденные Госпланом, – это реальный платежеспособный спрос, за которым стоит живой потребитель, готовый платить деньги за потребленную электроэнергию. Вторая фундаментальная предпосылка – это сама по себе реформа. Я глубоко убежден в том, что рыночная отрасль тем и отличается от нерыночной, что умеет и хочет работать на спрос. Будь то спрос с умеренной динамикой, не требующей инвестиций, или с радикальной динамикой, требующей полного пересмотра всей инвестиционной стратегии, – рыночная отрасль умеет делать и то, и другое. Реформа в энергетике, ровно для этого и осуществлялась. И наконец, последняя базовая предпосылка состоит в том, что нужна еще и внятная, содержательная стратегия, которая отвечает на вопрос, что именно должно быть сделано. Не с точки зрения реформы, а с точки зрения характера новых вводов, объемов, структуры, динамики топливного баланса и целого ряда других содержательных базовых параметров в энергетике.

Несколько слов про реформу на достаточно общем уровне. Как вы хорошо знаете, реформирование электроэнергетики стало государственной политикой, суть которой достаточно проста. Внутри электроэнергетики есть конкурентный сектор (генерация и сбыт) и монопольный сектор (сети и диспетчирование). Они должны жить по разным законам. В конкурентном секторе должен быть рынок и конкуренция, в монопольном секторе должно быть госрегулирование и госсобственность. Это исходная посылка, которая лежала в основе всей концепции реформирования электроэнергетики.

Реализуя эту концепцию, мы начинали со структуры энергетики, представленной на этом слайде. В недавнем прошлом РАО ЕЭС представляло собой прежде всего 73 вертикально интегрированных АО-энерго, в каждом из которых были своя генерация, сети и сбыт. Совершенно очевидно, что в такой структуре нет главного. Нет отделения конкурентного сектор от монопольного – следовательно, невозможно понять, кто продавец, кто покупатель, невозможно выстроить отношения между ними, нельзя создать рынок, невозможно привлечь инвестиции. Именно эта структура была полностью преобразована в качественно новую.

Этот слайд уже много раз демонстрировался в последние годы, но сегодня мы впервые можем сказать, что уже почти создали именно такую структуру. А вот слово "почти" исчезнет в июне 2008 года, через год с небольшим. Это качественно другая структура энергетики, которая разделена на монопольную и конкурентную части. В монопольной части – Системный оператор, сформированный в полном объеме, Федеральная сетевая компания, сформированная в полном объеме, Межрегиональные распределительные сетевые компании. Там осталось одно структурное преобразование, которое мы проведем в ближайшее время. Теперь о конкурентной части. Шесть тепловых оптовых генкомпаний сформированы и торгуются на рынке. Территориальные генкомпании (их 14) сформированы почти полностью, и до осени этого года все будут представлены на фондовом рынке. Работает ГидроОГК, работают независимые генкомпании и Росэнергоатом. Как видно на слайде, в левой (монопольной) части преобладает государственная собственность, а в правой (конкурентной) – частная собственность. Хочу обратить ваше внимание: и в ОГК, и в ТГК нашей целью является полностью частная собственность. Там государства и близко быть не должно.

Может быть, самое главное, что сделано в дополнение к структурным преобразованиям, – это конкурентный рынок. Конкурентный рынок электроэнергии, который многими считался вообще неразрешимой задачей, тем более в российских условиях, в России функционирует успешно уже почти полгода. Запущенный в сентябре рынок в моем понимании является одним из самых крупных результатов преобразований вообще в отраслях экономики страны за последние 8 лет. Рынок электроэнергии, который запущен 1 сентября, является абсолютно конкурентным. Соотношение спроса и предложения – это единственный параметр, который определяет реальную цену. Реальная цена определяется в 3 000 узлов энергосистемы в реальном режиме времени. Вся система диспетчирования выстроена так, что единственным сигналом для нее является рыночный сигнал. Соотношения спроса и предложения определяют, как именно будет загружена конкретная паровая турбина конкретного агрегата на конкретной станции. Рынок нас самих за это время многому научил. Как и предполагалось, выяснилось, что цена в утренний максимум выше, чем в дневной полупик, оказалось, что цена ночью ниже, чем цена днем. Оказалось, что цена в выходные ниже, чем цена в будни. Запуская рынок в сентябре, мы рассчитывали, что у нас по мере наступления зимы цена будет расти. Честно говоря, мы активно на это надеялись. Ничего подобного. Сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь – цена на рынке падала месяц за месяцем. Причина падения? Зимы нет. И рынок это понял. Отсутствие зимы прямо повлияло на объем спроса и снизило цену на рынке. На этом примере понятно: Рынок решает самую главную стратегическую задачу, ради которой он создавался – он обеспечивает оптимальное распределение ресурсов. Так, как ни одна модель, ни одна схема планирования не может сделать никогда. В ряде случаев мы сами изумляемся, когда, попадая под ограничения по газу и будучи вынуждены грузить наши станции сверхдорогим мазутом, видим, что рынок часть затрат мазутных принимает и возмещает поставщику (т.е. производителю станции), а часть – не возмещает, экономя средства потребителя. То есть рынок оптимально распределяет не только ресурсы внутри стороны предложения, внутри производства. Он еще и абсолютно оптимально и справедливо распределяет их между потребителем и производителем, то есть решает собственно те фундаментальные задачи, ради которых человечество и изобрело этот самый эффективный способ регулирования экономики.

Мы очень высоко оцениваем эффективность рынка, но еще более важны оценки инвестиционного сообщества. Как многие из вас знают, последние полгода динамика капитализации РАО ЕЭС бьет все рекорды, находясь на уровне существенно выше, чем динамика российского РТС. Я уверен, что базовые причины – это рынок и преобразования самой компании.

Вот то, что реформа создала сегодня в энергетике. И на этой основе энергетика может ответить на главный вызов экономики под названием "масштабные инвестиции".

Как вы знаете, концепция инвестиций нами разработана, и она полностью базируется на концепции реформирования. Точно так же, как и в реформе, сектор делится на монопольный и конкурентный. В монопольный сектор должны преимущественно пойти бюджетные средства, а в конкурентные сектора – преимущественно частные инвестиции. Мысль простая, не ахти какая глубокая, но именно потому и работоспособная. Эта простая мысль сегодня оснащена уже не только теоретическими обоснованиями, но и полным набором практически действующих финансовых механизмов с соответствующим нормативным обеспечением.

Эти финансовые механизмы, естественно, разные в конкурентном и монопольном секторах. Но они на сегодня либо уже опробованы в полном объеме, либо в ближайшее время будут опробованы. Это, прежде всего, допэмиссия акций, механизм гарантирования инвестиций, прямые и частные инвестиции, средства от продажи активов, займы, кредиты и так далее. По каждой из этих строчек на сегодня я могу вам уже привести живые примеры. Причем, как видно на этом слайде, красным шрифтом мы выделили те механизмы инвестиций, которые родила реформа, а черным – классические нереформаторские. Совершенно ясно, что только реформа и сделала возможным разворачивание реального механизма инвестиций в энергетику. Самый главный и самый ключевой из этих механизмов – это дополнительная эмиссия акций, о ней я расскажу чуть позже. А сейчас хотел показать вам объемные параметры, те самые, которые утверждены вчера.

Мы расставили все точки над "i", и утвердили инвестиционную программу, общий объем которой составил около 3 трлн. 100 млрд. рублей. Может быть вы помните: в прошлой программе мы ориентировались на цифру 2 трлн. 100 млрд. Ее явно недостаточно для удовлетворения спроса. С цифрой 2 100 от пробок не избавимся. А нынешняя программа с объемом 3 100 (если быть совсем точным – 3 трлн. 99 млрд. 920 млн. рублей) тщательно просчитана и сбалансирована. Вы видите динамику по годам, она, я бы сказал, взрывная. Это естественно, потому что нам катастрофически необходимы новые мощности. Этот спрос мы ощущаем крайне остро.

Возникает классический вопрос: "откуда деньги?".

Главный из механизмов инвестиций в конкурентном секторе – безусловно, привлечение частных инвестиций через IPO. Мы уже обкатали этот механизм в реальной жизни. Как вы знаете, ОГК-5 была первой генкомпанией, прошедшей IPO в ноябре 2006 года. Она продемонстрировала финансовому сообществу объем спроса, в 10 раз превышающий объем предложения. Это для нас открывает ворота в разворачивание конвейера IPO. В нынешнем году мы должны сделать 15 IPO за один год. Понимая, что темпы выглядят, может быть, даже авантюрно, тем не менее глубоко убежден, что они востребованы. Хотя в чем-то придется проявлять определенную осторожность. Если рынок не подтвердит такого объема предложений, безусловно, будем сдерживать наши темпы. Вот список из 15 IPO, которые мы проведем. Cиним шрифтом выделены те компании, программы которых уже официально одобрены Советом директоров РАО. Общий объем средств – около 420 млрд. руб., или 15 млрд. долларов. 15 млрд. долларов мы должны получить в этом году за счет осуществления IPO.

Как уже было сказано, одной реформы недостаточно – нужна еще и содержательная стратегия того, что именно должно делаться, строиться в энергетике. Чтобы выработать такую стратегию, мы решили охватить сразу три временных отрезка одновременно. Первый из них – 5 лет (только что я вам назвал параметры инвестпрограммы на 5 лет, утвержденные вчера). Второй из них – генеральная схема до 2020 года, 15 лет. И третий отрезок – видение развития энергетики до 2030 года. Вот эти три среза нужны вместе, потому что энергетику невозможно развивать, не видя перспектив такого горизонта, не определившись в тех крупных развилках, которые здесь есть.

Очень важно, что в стратегических вопросах у нас активное сотрудничество с Академией Наук. В том числе базовые наши документы долгосрочно разрабатывают группы под руководством академиков Волкова, Макарова, Шейндлина.

Мы понимаем, что ошибка в стратегии – это слишком серьезно, это серьезней, чем ошибка в тактике. Именно поэтому не можем и не хотели бы разворачивать пятилетнюю программу, не понимая 30-летнего видения. Вместе с тем, как известно, в будущем году РАО ЕЭС будет реорганизовано и компания исчезнет. Но не исчезнет сама схема планирования и прогнозирования. В том числе в наших генкомпаниях этот пятилетний плановый цикл станет скользящим, и каждый год план будет смещаться: 2006-2010, 2007-2011, 2008-2012 и т.д. Нормативная база для этого уже разработана.

В утвержденной инвестпрограмме есть не только финансовые параметры, но и собственно мощности в МВт. Основные цифры: объем ввода новых мощностей в целом по программе 40900 МВт, в том числе РАО ЕЭС – 34200 МВт. Речь идет о цифрах, которые сегодня прописаны по каждой из ОГК и ТГК, с конкретным перечнем площадок, мощностей, а также, что особенно важно, – с синхронной проработкой всей схемы развития сетевого комплекса, с обеспечением схем выдачи мощности по каждому из новых вводов. Вы видите, что цифры годовых вводов с 1600 МВт к 2010 году выходят на цифру 20 000 МВт. Это и есть те параметры, которые мы считаем, с одной стороны, абсолютно сказочными, а с другой – абсолютно реализуемыми.

Такого масштаба программа изменит всю структуру топливного баланса в стране. Как известно, топливный баланс – это инерционная вещь и даже 5 лет для него не срок. Тем не менее, даже в эти 5 лет произойдут первые изменения. Доля газа в балансе в результате осуществления этой программы будет сокращаться, и в эти 5 лет она с 69% впервые пойдет вниз и упадет до 67%. Вторым шагом, с 2010 по 2015 год, произойдет еще более глубокое сокращение доли газа, которая уменьшится до 60%. Параллельно с этим, пойдет процесс возрастания доли угля, что стратегически оправданно, – с 27% до 29% за 5 лет, с 29% до 37% за следующие 5 лет.

Вместе с тем, мы обязаны ставить перед собой задачу строительства нового технологического уклада в энергетике страны. Базовые параметры этого нового уклада нам ясны, они заложены в программу, утвержденную вчера. В газовой генерации это, безусловно, полная замена паросилового цикла на парогазовый. У нас в компании введен запрет на новые мощности паросилового цикла. В угольной энергетике это, прежде всего, циркулирующий кипящий слой (ЦКС), ВИР-технологии, суперсверхкритические параметры пара (ССКП). В гидроэнергетике –гидроаккумулирующие станции (ГАЭС), в которых остро нуждается для регулирования режимов единая энергосистема страны, и приливные станции (ПЭС). Если ГАЭС не являются каким-то изобретением, то как раз приливные станции – это полностью российское ноу-хау. Если наплавной гидроагрегат первой российской ПЭС, который был спущен на воду два месяца назад в Северодвинске, подтвердит свои параметры –

это станет технологическим прорывом колоссального масштаба. Речь пойдет о том, что в стране возникнет целая отрасль в энергетике, выстроенная на российском ноу-хау с беспрецедентными параметрами КПД и с колоссальными мощностями вводов.

В передаче электроэнергии – это, безусловно, переход к гибким линиям электропередачи. Очень всерьез мы прорабатываем возрождение технологий постоянного тока на новом уровне. Так же основательно и с большими надеждами относимся к технологиям высокотемпературной сверхпроводимости. Наконец, есть достаточно серьезные новые технологии в диспетчировании.

Таков ответ на вопрос "что должно происходить внутри энергетики для того, чтобы обеспечить потребности экономики". Однако, как было сказано, энергетика со своей стороны предъявит новый спрос экономике. И речь идет не просто о новом спросе – о появлении в стране целых секторов экономики, которые находятся в зачаточном состоянии. Я не готов описывать все, это заняло бы слишком много времени, но хотя бы 4-5 основных секторов хотел бы назвать.

Прежде всего, это, конечно, энергомашиностроение. На этом слайде вы видите заложенную в нашу инвестпрограмму динамику спроса на продукцию энергомашиностроения, которая вырастет с 30 млрд. руб. до 212 за 5 лет. Это спрос на всю отрасль энергомашиностроения, хотя, конечно, в отрасли есть флагман – "Силовые машины", который мы приобрели пару лет назад.

В "Силовых машинах" мы разворачиваем инвестиционную программу ценой в 1 миллиард долларов. Мы проведем IPO компании "Силовые машины", понимаем его базовые параметры и весь состав прочих источников финансирования. Самая главная задача в "Силовых машинах" – это рост производства. Нам нужны новые паровые и гидравлические турбины, нам нужно, наконец, освоение в "Силовых машинах" газовых турбин, которых там до недавнего времени практически не было. Естественно, парогенераторы, гидро- и турбогенераторы. По этим задачам компания завершает разработку стратегии, которая в ближайшее время будет утверждаться на Совете директоров компании "Силовые машины". Вместе с тем, как бы мы не пестовали нашу компанию "Силовые машины", хочу совершенно определенно сказать: мы будем действовать строго на тендерных и конкурсных основах. Вся продукция, производимая компанией "Силовые машины", будет только через тендеры поступать в РАО ЕЭС. Недавно был тендер очень важный для нас в "Мосэнерго". В нем участвовали "Силовые машины" – и проиграли, выиграл Alstom. Проиграли – значит, работать не умеют, надо учиться. Так мы будем строить работу и дальше. Мы создаем рынок, но не делаем преференций. Обеспечивайте соотношение цены и качества – тогда будете иметь и объем продаж.

Вторая отрасль такого же масштаба – электротехпром. Здесь объем нашего спроса будет расти еще в большей степени: только по высоковольтному оборудованию – с 8 млрд. руб. до почти 20 млрд. руб. в среднегодовом исчислении. Это десятки видов оборудования: автотрансформаторы, силовые трансформаторы, трансформаторы тока, трансформаторы напряжения, кабели, опоры линий электропередач, и т.д. Этот спрос будет создан нами и мы уже понимаем его объемы и параметры.

Угольная промышленность: прирост спроса в 2010 по сравнению с 2006-м на 38 млн. тонн в результате осуществления нашей программы.

Газовая отрасль – может быть, самая тяжелая, сложная часть программы. В ней, в моем понимании, сосредоточены самые большие риски. Именно поэтому мы исходим здесь не из наших "хотелок", а из того, что наконец-то утвердило правительство. На этом графике вы видите цифры, содержащиеся в утвержденном правительством балансе газа с ростом объема потребления газа электроэнергетикой со 143 млрд. до 186 млрд. куб.м в год.

Спрос, который электроэнергетика предъявляет энергомашиностроению, электротехпрому, газовой, угольной отраслям, идет глубже – в отрасли "второго передела". Пример – производство стройматериалов. На этом слайде вы видите рост годовой потребности в цементе с 300 тыс. тонн до 1 млн. 800 тыс. тонн опять же в среднегодовом измерении.

Еще две отрасли, в которых должен появиться новый инвестиционный спрос, – это проектный и строительно-монтажный комплексы. Объем проектно-исследовательских работ (ПИР) вырастет с 3,9 млрд. до 10,9 млрд. руб. в год. А динамика в строймонтаже вообще получается шестикратной. Такие темпы роста нам необходимы.

Для того, чтобы все это стало реальным, нужно выстраивать работу на новой научной базе. Я уже говорил о нашем сотрудничестве с Академией наук. Второе направление здесь – ВУЗы. На днях прошло очень важное заседание Ученого совета в Московском энергетическом институте, где я выступал. Мы намерены развернуться лицом в сторону прикладной науки и образования. Для этого создали Корпоративный энергетический университет, т.к. считаем, что кадровое обеспечение всей нашей программы – важнейший элемент ее успеха.

Я хотел бы закончить свое выступление на том, с чего начал. На этом слайде есть та же развилка: спрос, который предъявляет экономика энергетике, и два пути, которые перед энергетикой открываются. Либо на развитие экономики, либо на сдерживание ее роста.

Мы убеждены в том, что осуществленная реформа предопределила выбор. Энергетика из потенциального "тормоза" на наших глазах превратится в локомотив развития экономики. Я не знаю в нашей экономике ни одной другой инвестиционной программы сопоставимых масштабов. Я не знаю ни одного другого проекта, который был бы способен передать столь мощный импульс развития целому комплексу отраслей экономики. На этой скромной ноте я и завершу свое выступление. Спасибо.